Зачем послал тебя Господь и в качестве кого? Ведь ты не кровь моя, не плоть и, более того, ты даже не из этих лет — ты из другого дня. Зачем послал тебя Господь испытывать меня и сделал так, чтоб я и ты- как выдох и как вдох — сошлись у края, у черты, на стыке двух эпох, на том незримом рубеже, как бы вневременном, когда ты здесь, а я уже во времени ином, и сквозь завалы зим и лет, лежащих впереди, уже кричу тебе вослед — постой, не уходи! сквозь полусон и полубред — не уходи, постой! — еще вослед тебе кричу, но ты меня не слышишь.
О, женщина, дитя, привыкшее играть И взором нежных глаз, и лаской поцелуя, Я должен бы тебя всем сердцем презирать, А я тебя люблю, волнуясь и тоскуя! Люблю и рвусь к тебе, прощаю и люблю, Живу одной тобой в моих терзаньях страстных, Для прихоти твоей я душу погублю, Все, все возьми себе — за взгляд очей прекрасных, За слово лживое, что истины нежней, За сладкую тоску восторженных мучений! Ты, море странных снов, и звуков, и огней! Ты, друг и вечный враг! Злой дух и добрый гений!
С праздником, ангелочки! Любви и нежности вам! Семейного счастья и удачи!
Опять,опять мои воспоминанья. Моя тоска и мой усталый свет. Мои в ночи шептали мирозданья. Привет поэт,потом прощай поэт.
И каждый раз,глядя на эту скуку, На эту даль, которая гнетет. Я сам себе протягиваю руку. Душа скорбит, душа моя поет...(С)
Стихи о чем-то тихо говорили. Я молод был, я плакал и стонал. Миры мои меня давно забыли. Чердак зачем-то часто вспоминал.
А ты поэт. А ты хотел прозрения. Свободы личной, вечной на века. Пускай горят твои стихотворения. Не суй мне руку, не нужна рука.
А я хотел поэтом быть усталым. Бродить по этим улицам один. Слагать стихи дождям каким-то алым. Слагать стихи, про снег или про дым. ... Эдуард Мухаметзянов
Опять,опять мои воспоминанья. Моя тоска и мой усталый свет. Мои в ночи шептали мирозданья. Привет поэт,потом прощай поэт.
И каждый раз,глядя на эту скуку, На эту даль, которая гнетет. Я сам себе протягиваю руку. Душа скорбит, душа моя поет...(С)
Стихи,стихи о чем-то говорили. Я молод был, я плакал и стонал. Миры мои меня давно забыли. Чердак зачем-то часто вспоминал.
А ты поэт. А ты хотел прозрения. Свободы личной, вечной на века. Пускай горят твои стихотворения. Не суй мне руку, не нужна рука.
А я хотел поэтом быть усталым. Бродить по этим улицам один. Слагать стихи дождям каким-то алым. Слагать стихи, про снег или про дым. ... Эдуард Мухаметзянов
Он, сам себя сравнивший с конским глазом, Косится, смотрит, видит, узнает, И вот уже расплавленным алмазом Сияют лужи, изнывает лед.(С)
«Друг мой, баюкай меня» Друг мой, баюкай меня, — Руку на лоб положи, Нежное слово скажи... Друг мой, баюкай меня... Утренний голос твой мил. Ты поцелуешь меня... Я утомлен, я без сил... Знаю: ты любишь меня...
Ночь истомила меня. День заглянул к нам в окно. Вялый и скучный, давно Дождь барабанит, томя...
Друг мой, баюкай меня, — Руки на лоб положи, Нежное слово скажи... Ты, как заря, для меня! Ласка в любимых руках, Свет в твоих тихих словах, — Свет золотистый зари... О, говори, говори!.. Скуку-докуку развей, И прогони мою грусть... Друг мой, с тобой веселей Я за работу возьмусь, К жизни бодрее вернусь.
Милая дева, в смятенье, в волненье, Что ты там шепчешь всё в недоуменье? «Глазки большие и дики немножко?» Ну-ка, получше смотри, моя крошка! Взглянешь получше — увидишь живые Щёки с румянцем, глаза голубые.
Ты всё дивишься, моя недотрога? Может быть грудь твою полнят тревогой Руки, что стан твой изящный греховно Обняли, или прикрыли любовно? Ты не смотри на ручища с опаской — Лучшие здесь и защита, и ласка!
Красная Шапочка, милая крошка, Ну почему я при встрече ладошку Жму твою, молча; вздыхаю глубоко, Если ты щёчку подставишь для «чмока»? Правду не скроешь, смотри, моя лапочка, Да, я — не бабушка, милая Шапочка!
Где, синих глаз твоих озарены огнем, Небесные цветы взошли в былые лета, Потом цветы я рвал для твоего букета, Но горькая полынь уже таилась в нем.
Когда бурьян и терн покрыли все кругом, Ужель средь них цветок увянет до расцвета? Прими теперь букет, хоть скудный, от поэта На память о земле, сродйившей нас в былом.
Ах, сердце, отстрадав, как этот луг, увяло. Огнем прекрасных чувств оно тебя питало, Когда я молод был и был тобой любим.
Хоть по своей вине оно преступным стало, Хоть много мучилось, принадлежа другим, Не презирай его - ведь ты владела им.
Повстречались не так, как прощались, То, что в нас, непостижно другим, Мы свободно с тобой расставались, Но сомнением дух наш томим. Вот, мы скованы мигом одним.
Этот миг отошел безвозвратно, Как напев, что весной промелькнул, Как цветок, что расцвел ароматно, И как луч, что на влаге сверкнул И на дне, в глубине, утонул.
Этот миг от времен отделился, Он был первый отмечен тоской, И восторг его с горечью слился, - О, обман, для души - дорогой! Тщетно ждать, что настанет другой.
Если б смерть мою мысли скрывали, О, уста дорогие, от вас, Вы отказывать в ней бы не стали, Вашей влаги вкусивши сейчас, Умирая, ласкал бы я вас!
...Царица неба! светлая царица! Как ни единый светоч не сравнится 205 С тобой, так нет предания светлей, Чем эта повесть о любви твоей. Какой язык, медовый и прозрачный, Сказать бы смог об этой ночи брачной? Сам Феб в тот вечер придержал коней 210 И осветил улыбкою своей Твой томный взор, и робость, и желанье, И тайного блаженства ожиданье. Погожий вечер свежестью дышал, В мужей он бодрость юную вливал, 215 И каждый шел, как воин под знамена, Как гордый Аполлон к подножью трона; А жены пылкой, трепетной красой Сравнились бы с Венерою самой. Прохладного зефира дуновенье, 220 Входя в дома, дарило исцеленье Больным; кто был горячкой истомлен, Впал наконец в глубокий, крепкий сон, - И вскоре пробудился: лихорадка, Боль, жажда, - все исчезло без остатка, 225 И взгляд веселый обращен к друзьям; А те, не веря собственным глазам, Воскресшего целуют и ласкают, И тормошат, и к сердцу прижимают. А юноши и девы в этот час 230 Друг с друга не сводили ярких глаз И так стояли молча, без движенья, В тревожном и блаженном изумленье, Пока стихи не пролилися вдруг. Никто не умер от бесплодных мук, 235 Но рокот строк, в тот миг произнесенных, Как шелковая нить, связал влюбленных. О Цинтия! Смолкает робкий стих Здесь, на пороге радостей твоих. Поэт ли был рожден в ту ночь? Не знаю... Парить в мечтах я дальше не дерзаю.
Причина удаления:
Перемещённое сообщение не будет удалено, только эта копия.
Используйте эту форму для отправки жалобы на выбранное сообщение (например, «спам» или «оскорбление»).
Внимание! Уважаемые посетители сайта mfd.ru, предупреждаем вас о следующем: ПАО Московская Биржа (далее – Биржа) является источником и обладателем всей или части указанной на настоящей странице Биржевой информации. Вы не имеете права без письменного согласия Биржи осуществлять дальнейшее распространение или предоставление Биржевой информации третьим лицам в любом виде и любыми средствами, её трансляцию, демонстрацию или предоставление доступа к такой информации, а также её использование в игровых, учебных и иных системах, предусматривающих предоставление и/или распространение Биржевой информации. Вы также не имеете права без письменного согласия Биржи использовать Биржевую информацию для создания Модифицированной информации предназначенной для дальнейшего предоставления третьим лицам или публичного распространения. Кроме того, вы не имеете права без письменного согласия Биржи использовать Биржевую информацию в своих Non-display системах.
