28 – 29 января, пожалуй, только ленивый не будет обсуждать в своих комментариях и обзорах тему очередного заседания ФРС США. Осмелюсь высказать предположение, что все самое интересное относительно QE-3 произошло в декабре 2013 года, когда неожиданно для многих Комитет по операциям на открытом рынке принял решение о начале сокращения монетарного стимулирования. План сокращения по $10 млрд. на каждом из восьми заседаний 2014 года – очень аккуратно и логично приведет к переходу на стандартные условия функционирования экономики США. Низкие ставки обеспечат дальнейшее плавное, но неуклонное восстановление первой экономики. Основной вопрос для ФРС в наступившем году – «разгадать кроссворд с инфляцией». В 2013 году многие руководители ФРС США высказывали недоумение по поводу низкого темпа роста данного показателя при таком беспрецедентном накачивании долларовой ликвидностью. И если на протяжении полутора лет не работает механизм количественного стимулирования, то нужно искать решение посредством иных методов регулирования, которые приведут к активизации потребительского спроса.
А если это так, то по факту оглашения решения можно ожидать не роста, а как раз наоборот просадки американского доллара. Аргументы для реализации такого сценария следующие. Процесс сворачивания пошел – и ожидания его дальнейшей реализации уже отражены в динамике валютных котировок. Реакция на рынках развивающихся стран показывает, что инвесторы практически не сомневаются в дальнейшем прогрессе в сворачивании стимулов. В преддверии решения ФРС волна активной коррекции прокатилась по всем рынкам. Индекс американского доллара к корзине из шести валют – DXY- просел за прошедшую неделю на 1%. При этом, поводом для коррекции Гринбека послужили как снижение глобальных рисковых настроений, так и неплохие макроданные Старого Света – Великобритании и стран Евросоюза.
Возникла интересная ситуация: защитным активом выступают уже и британский фунт и евро, которые традиционно рассматривались как рисковые активы. А доллар США из валюты фондирования при реализации программы QE-3, трансформировался в транзитную валюту. Сейчас американский доллар предпочтительней чем, валюты развивающихся рынков и сырьевые валюты, но рискованней, чем валюты развитых стран – Англии, европейских стран и Евросоюза, и в какой-то степени Японии. И эта ситуация созрела не в одночасье. Аналогичные краткосрочные корреляции время от времени возникали в 2013 году, но тогда они оставались за рамками внимания игроков.
Вывод, который вытекает из такой оценки ситуации, следующий. Сейчас больший спекулятивный интерес представляет не глобальное позиционирование доллара США, а конкретные макроэкономические данные и индикаторы национальных экономик. На протяжении первого квартала 2014 года еще вполне возможен период ослабления американского доллара при условии хороших показателей по европейским государствам и, соответственно, невысокой активности ЦБ этих стран. Неясность позиции Банка Японии (BoJ) перед апрельским повышением налога с продаж, также снижает ожидания роста дифференциала денежно-кредитной политики ФРС и BoJ.
В течение года, по мере дальнейшего укрепления экономики Штатов, предпочтения вернутся к американским активам и основной резервной валюте мира. И тогда укрепление доллара США наберет полные обороты.
Еще один (правда маловероятный) сценарий может надавить на доллар. Если на текущем заседании по каким-либо причинам процесс сворачивания QE-3 будет приостановлен. Это возможно, например, если у членов ФРС возникнут опасения по поводу достижения договоренности по потолку гос. долга США (срок для договоренности – до 7 февраля). Но это уже другая история и потребует дополнительного исследования.
В свете рассмотренного варианта развития событий, первой реакцией на оглашение решения может быть краткосрочное импульсное усиление доллара США с последующей резкой сменой настроений. Стоит обратить важное внимание на то, что представленное мнение – это только один из вариантов, и при принятии торговых решений лучше опираться на обоснованную оценку конкретно возникшей рыночной ситуации.
Другая аналитика
